Никто не молодеет и все смертны, — два вполне очевидных утверждения. Однако если попытки вернуть молодость глупы, тщетны и бесплодны, то возможность предупредить болезнь и отсрочить день смерти вполне реальна. Желание продлить жизнь, обнаружив болезнь на ранних стадиях, порождает потребность в разных специфических медицинских процедурах.

Об одной из таких процедур, а именно об МРТ, я и собираюсь вам рассказать.

Это будет рассказ об МРТ и о частных МРТ–клиниках в жанре FAQ.

В качестве бонуса для разминки видео со звуками МРТ. Возможно, под похожие футуристичные биты будут плясать на дискотеках наши потомки.

Вопрос: Откуда в последние годы возникло столько частных медицинских центров, предлагающих сделать МРТ за сравнительно небольшие (или очень большие) деньги?

Ответ: Европейская медицина платная и дорогая. Клиники покупают дорогостоящее высокотехнологичное оборудование (томографы) и обновляют его раз в 5–8 лет. За эти годы любой самый крутой томограф себя окупает многократно. А прогресс не стоит на месте. Ведущие производители (Philips, Siemens, General Electric, Toshiba и т.д.) регулярно совершенствуют своё железо и софт. Когда приходит время приобретать новый прибор, перед клиникой встаёт вопрос: куда девать старый? Бандура весит несколько тонн и требует квалифицированного демонтажа. Поэтому в Европе пробавляется масса ориентированных на страны третьего мира контор, занимающихся демонтажом и последующей перепродажей томографов.

После демонтажа прибор на специальном транспорте доставляется в Россию и монтируется у довольного (чаще всего — нет) приобретателя.

Цена нового прибора по докризисным ценам в РФ — от 20 миллионов. Цена подержанного — от 10. Неплохо укомплектованный прибор 5–10 лет от роду стоил в районе 13–18 миллионов с доставкой, специальной подготовкой помещения и монтажом.

Монтаж — самая трудоёмкая часть процедуры. Железо в МРТ очень капризное и его очень много. Часто прибор, устанавливаемый в частной клинике, собирается из двух–трёх списанных аппаратов, а потом обрабатывается напильником.

 

Вопрос: Мне не нужны все эти профессиональные тонкости! Что мне нужно знать, чтобы быть уверенным, что мне сделают качественное обследование?

Ответ:  Для начала, прибором управляет человек. Опытный специалист способен даже из слабенького прибора выжать все соки. Но всё–таки, перво–наперво убедитесь в том, что обследование вам будут делать на более–менее современном и мощном приборе.

Существует два основных типа приборов: закрытого и открытого типа. Первый выглядит как бублик, второй — как блин, висящий над столом. Вторые используют постоянные магниты и обладают специфическими характеристиками и ограниченным спектром применения. Первые основаны на сверхпроводниках, охлаждаемых жидким гелием.

Остановимся на первых. По большому счёту, вам можно ограничиться мощностью прибора. Просто запомните, что 1,5Т (Тесла) — заметно лучше, чем 1Т. А 2Т лучше, чем 1,5Т, но уже не очень принципиально с точки зрения выдаваемого разрешения снимков. В принципе, 1,5Т — золотой стандарт. Основная масса продвинутых приборов, выпущенных 00–х годах — 1,5Т.

На этом можно закрыть тему железа. Тему софта мы даже и не будем открывать. Обсудим тему рук и голов, использующих железо и софт.

Существует два основных подхода в работе МРТ–клиник.

1. Врач–рентгенолог сидит за  консолью, запускает различные программы сканирования и в режиме реального времени корректирует работу томографа. Полученные снимки анализирует и диктует помощнику (обычной медсестре или рентген–лаборанту) описание.
2. За консолью сидит рентген–лаборант, который прогоняет в автоматическом режиме прописанные в протоколе программы. Полученные снимки он пересылает врачу–рентгенологу, работающему чаще всего удалённо. Врач описывает снимки и присылает своё заключение.

По второй схеме работает большинство частных клиник. И у неё есть крайне существенный минус: отсутствует визуальный контакт между врачом и пациентом. Врачи подтвердят, что иногда даже внешний вид пациента может многое сказать и указать вектор дальнейшего обследования. Рентген–лаборант с фельдшерским образованием эту задачу просто не потянет.

 

Вопрос:Так почему же клиники работают по этой схеме?

Ответ:  Потому что в стране ощутимая нехватка врачей–рентгенологов. Система образования не соответствует требованиям. И просто физически не хватает специалистов, готовых работать в клинике и отрабатывать смены. Опытным рентгенологам проще и выгоднее работать посменно и удалённо сразу на несколько клиник.

В итоге качество вашего обследования примерно в равных долях зависит от качества оборудования, квалификации врача и проводящего сканирование рентген–лаборанта.

Из всего этого вытекает самое плохое, что может случиться с вами при прохождении МРТ: ошибка. Врач может не заметить патологию.

Вопрос:Наверное, в крупных сетях процесс организован серьёзно и вероятность ошибки стремится к нулю?

Ответ:  К сожалению, нет. Напротив, в крупных сетях, имеющих филиалы по всей стране (МРТ–Эксперт, ЛДЦ МИБС) процесс извлечения денег из пациентов поставлен во главу угла. Для повышения маржинальности и успешной конкурентной борьбы в ход идут всевозможные способы уменьшения издержек.

В их числе:

1. Дешевые и безграмотные рентген–лаборанты за консолью.
2. Сомнительной квалификации врачи, работающие удалённо и часто не имеющие даже договора с клиникой. Следовательно, не несущие формальной ответственности за свою работу.
3. Использование дешёвых расходников. Например, цена на контрастное вещество Гадовист от фирмы Bayer составляет в среднем 4–5 тысяч рублей. Это самый продвинутый и безопасный препарат на рынке. Сетевые клиники используют вдвое более дешёвые аналоги, не гарантирующие необходимый уровень качества изображений и безопасность применения.

Важно знать ! Проведение МРТ может требовать введения пациенту контрастного вещества.  Хотя  для обследования используют, как правило, гадолиний, который не содержит йода и в большинстве случаев не вызывает аллергических реакций,  врач-радиолог всегда должен спросить обследуемого о наличии аллергии на йод и прочие материалы для рентгенологического исследования, лекарства, пищу или факторы окружающей среды, а также о наличии бронхиальной астмы. Несомненным плюсом будет проведение МРТ в многопрофильной клинике, в которой помимо прочих врачей есть врач аллерголог.

 

4. Самый плохой пункт. У любой клиники есть график очередности. Для сохранения рентабильности клиника должна принимать, допустим, 30–35 человек в день. Допустим, в один день 5 человек опоздали на 10–15 минут каждый. В итоге к вечеру график сдвигается на 1 час. Плюс, кто–то позвонил и попросил сделать МРТ «срочно–срочно». Врачи, лаборанты и администраторы на ресепшн тоже люди, и не хотят сидеть на работе до ночи.

Как в этой ситуации сделать так, чтобы успеть до закрытия провести все исследования и не влететь на штрафы от руководства за сорванный план? Очень просто: сократить число прогоняемых при сканировании программ. А каждая программа нацелена на какой–то определённый вид патологии. И вот рентген–лаборант решает, что если перед ним, предположим, молодой пациент 30 лет — ну зачем ему прогонять весь цикл программ по сканированию головного мозга? Прогоним самые основные, и будем исходить из того, что в таком возрасте серьёзные патологии в мозгу встречаются нечасто.

Так рассуждает лаборант или врач. И экономит время. И приносит хозяевам выручку. И, кстати, выполняет план. В итоге вероятность того, что кому–то проглядят серьёзную патологию, заметно возрастает.

 

Вопрос:Как мне от всего этого бардака уберечься?

Ответ:  Гарантированно — никак. Увы. Этот бардак — лишь часть общего бардака в системе здравоохранения. Единственный верный способ — попасть на приём к авторитетному и грамотному врачу, который сам порекомендует вам диагностический центр, которому он доверяет. То есть, фактор сугубо репутационный.

 

Вопрос:Я делал МРТ в частном центре, меня записали на время X, я пришёл в назначенное время, но был вынужден ждать своей очереди ещё целый грёбаный час! Зря я к этим халтурщикам ходил? Не могут процесс организовать!

Ответ:  Вполне вероятно, что как раз наоборот. Как яуже написал выше, очередь и смещение графика — почти неизбежно при корректной работе диагностического центра. График может сдвигаться из–за опозданий, из–за сбоев в работе железа и софта.

А ещё бывает так, что при проведении рутинного сканирования врач подозревает патологию. И ему нужно выйти за рамки отведённого на процедуру времени, чтобы прогнать дополнительные тесты, ввести контраст и т.д. И эти дополнительные тесты сдвигают всю расписанную очередь.

Поэтому если вас просят ждать — отнеситесь к этому с пониманием.

Лирическое отступление: КТ или МРТ

местами не бесспорная табличка, или, напротив, недостаточно четко разводящая, но общие моменты вроде верно отражает Когда лучше КТ, а когда МРТ

Местами не бесспорная табличка, или, напротив, недостаточно четко разводящая, но общие моменты вроде верно отражает Когда лучше КТ, а когда МРТ

 

Вопрос:Ну и какие проблемы нас могут ожидать? Вы же написали — клиник частных много, конкуренция обострилась, цены на услуги снижаются.

Ответ:  Перечислить все проблемы, с которыми мы все (как пациенты) столкнёмся в самые ближайшие месяцы, если не будет урегулирована проблема обесценивающегося рубля, не так–то просто. По порядку.

1. Абсолютно все запчасти для МРТ приобретаются за евро и доллары. А запчастей любой, даже самый новый и современный прибор, требует много. Нет, даже не так — МНОГО. Тот прибор, который вы видите на картинках, видео или в который забирались сами — это лишь вершина айсберга. Вся электронная начинка МРТ занимает примерно столько же места, сколько и сам прибор, и расположена в отдельной комнате. А если добавить к ней системы стабилизации электричества и охлаждения воздуха… Короче, всё это железо, кроме разве что стабилизаторов напряжения (а их должно быть по одному на каждую из трёх фаз) — импортного производства. И летит эта электроника с завидной регулярностью, потому что работает в предельных режимах.

В итоге, в государственных клиниках, например, обычный рутинный ремонт томографа занимает в среднем 2–4 недели. Такие сроки обусловлены как бюрократической составляющей, так и неспособностью ЛПУ оперативно платить по счетам за дорогостоящие запчасти. Которые сейчас, с ростом курсов валют, дорожают пропорционально. Для примера: комплект из 2–3 ламп, работающих в составе т.н. RF–усилителя, стоит 200–400 тысяч рублей. Сгоревшая плата может обойтись в 0,5–1 миллион рублей. И это докризисные цены.

 

И если и раньше сроки ремонта томографов были не очень приемлемые (в частных клиниках приборы ремонтируются в считанные дни, ведь для частной клиники это источник дохода, а стоящий прибор — прямые и косвенные убытки), то теперь я легко могу представить ситуацию, когда крупное лечебное учреждение останется без МРТ на долгие месяцы.

2. Теперь о расходниках. Единственный расходный материал, который производится в России и покупается без привязки к курсам валют — это жидкий гелий, используемый в системе охлаждения. Всё остальное — за валюту. Плёнка, на которой печатаются снимки, контрастные вещества — это всё импорт.

3. Врачи, разумеется, получают зарплату в рублях. И оплата их труда обычно жёстко привязана к числу проведённых процедур. Поскольку врачи вряд ли будут рады снижению своего ежемесячного дохода, они будут требовать увеличения оплаты…

Что вытекает из вышесказанного?

1. Многие клиники будут просто не в состоянии обслуживать МРТ и оборудование будет простаивать, а пациенты будут лишены к нему доступа.

2. Даже при исправном оборудовании число процедур, гарантируемых ОМС, сократится, а очереди (которые и сейчас редко когда короче 1 месяца) вырастут. Потому что программа ОМС подразумевает фиксированную сумму, которое больница получает на проведение МРТ. А поскольку расходники и запчасти сильно подорожают, и при этом расходы на здравоохранение сокращаются, число проводимых процедур неизбежно сократится.

3. В частных клиниках цена одной процедуры вырастет минимум на 30%. Естественно, рынок будет искать баланс между спросом и ценой на услугу, но работать вы убыток никто не станет.

4. Конкуренция между клиниками сократится, потому что часть клиник будут не в состоянии оплачивать дорогостоящие запчасти. Поэтому речи об открытии новых клиник вообще не идёт, речь идёт о сокращении числа уже имеющихся. Если в крупных городах одна сеть могла держать 2 прибора в разных частях города, то из–за сокращения спроса число приборов будут сокращать, пуская их на запчасти.

В конечном счёте, разумеется, всё это отразится в целом на качестве здравоохранения и заболеваемости и смертности населения. Обидно, если вспомнить, что у истоков магнито–резонансной (ядерно–магнитной) томографии стоял советский учёный А.В. Иванов.

 

Tagged with →  

Есть что добавить ?